"Боги облеченные в плоть. Боги воплощенные в камне." 
Преданный и Божество, или теология персонализма в действии.
Вилльям Г. Дэдвайлер (Равинда-сварупа дас)

 В июле 1973 года, на первой полосе лондонской "Гардиан" была помещена фотография  деревянной колесницы, напоминающей те, на которых во время ежегодного шествия, испокон  веков проводимого в Джаганнатха Пури (штат Орисса), везут божественные изваяния  Джаганнатхи, Баладевы и Субхадры. Но на этот раз высокий, покрытый тканью купол  колесницы выступал на фоне хорошо знакомого лондонского пейзажа. Заголовок гласил: "Ратха- ятра ИССКОН соперничает с колонной Нельсона на Трафальгарской площади."
Эта фотография, на мой взгляд, довольно точно символизирует процесс исторической  метаморфозы, свидетелями которой мы подчас бываем, когда оковы колониального режима со  временем становятся своего рода проводником, по которому культура порабощенного народа  вторгается в культуру колонизаторов. В свое время поездка на фестиваль колесниц в далекую,  зкзотическую Ориссу считалась чуть ли не обязанностью каждого христианского  путешественника. Их ледянящие кровь описания были призваны пробудить в набожном читателе  чувство возмущенного негодования в отношении действа, которое расценивалось как "живой  пример идолопоклонства во всей его варварской помпезности". Кому в ту пору могло прийти в  голову, что тот же самый фестиваль спустя некоторое время будет пересажен в самое сердце  бывшей империи?
В наши дни преданные Джаганнатхи с запада ежегодно проводят фестиваль Ратха-ятры в  крупнейших городах Европы и Америки, наглядно демонстрируя тот факт, что поклонение  изваянию Бога с успехом привилось в странах запада. Каким же чудом этот процесс, прежде  казавшийся народам запада, воспитанным в духе иудео-христианской традиции, столь чуждым и  отталкивающим, стал настолько привлекательным и близким их сердцу, что многие приняли его  всей душой?
Не стану скрывать, я был одним из них. Я вступил в Международное общество сознания  Кришны в 1971 году будучи еще студентом факультета религиоведения Темплского  университета. Годом позже, когда я стал президентом филадельфийского храма общества, мне  представилась возможность провести установку Божеств Джаганнатхи и организовать  проведение первого фестиваля Ратха-ятры на восточном побережье Соединенных Штатов.  Такова, вкратце, исповедь американского "язычника".  Международное общество сознания Кришны (сокр. ИСККОН), известное также как движение  "Харе Кришна", представляет собой современное продолжение духовной традиции Гаудия- вайшнавизма, и именно ачарья-основатель ИСККОН Его Божественная Милость  А.Ч.Бхактиведанта Свами Прабхупада ввел и прочно укрепил в странах запада процесс  поклонения Божествам. Запад повидал многих змиссаров традиций Индуизма, приезжавших туда  и до и после Шрилы Прабхупады. Их проповедь состояла преимущественно из  теоретизирования на духовные темы в рамках монистической философии адвайта-веданты. Они  делали упор на йогических упражнених и медитации, не уделяя особого внимания ритуалу как  таковому, либо же вовсе отрицая его, и полностью перенимали западный образ жизни. Однако  Прабхупада. в своем стремлении пересадить традиции бхакти на новую почву, выбрал  качественно иной подход, и вскоре ИСККОН на удивление всем расцвел во всем своем  диковинном великолепии: этакий уголок средневековой Индии прямо посреди современной  Америки. Люди, впервые посещавшие храм или сталкивающиеся на улице с процессией ратха- ятры, погружались в совершенно иной мир, в ошеломляющий калейдоскоп ощущений: воздух  наполняли голоса поющих, барабанные ритмы, звон ручных тарелочек и колокольчиков, в то  время как преданные в развевающихся одеждах танцевали перед сияющими богатым убранством  Божествами, которых украшали драгоценности и гирлянды, и все вокруг было напоено густым  ароматом благовоний и цветов. Для жителя запада вполне естественно задаться вопросом, почему  преданные придают такое большое значение внешней стороне, что общего с духовным имеет  этот поток внешних ощущений? Зачем человеку, воспитанному одной культурой, принимать  внешние атрибуты другой? Что толкает их на это?
Причина того, почему Шриле Прабхупаде удалось сделать то, чего не смог сделать ни один  индийский проповедник на западе, кроется в уникальной природе бхакти. Шрила Прабхупада  принес с собой и дал людям не просто некую философскую систему или отдельные аспекты  традиции, но целую духовную культуру, доступную для каждого и охватывающюю все стороны  жизни. Бхакти, каким он принес его на запад, было призвано полностью, без остатка  одухотворить жизнь человека. И именно с этой целью в ИСККОН был учережден процесс  арчаны -- одной из наиболее важных составляющих бхакти.
Истоки уникальной духовной традиции Гаудия-вайшнавизма связаны с именем Шри Чаитаньи  Махапрабху(1486-1534), родившемся в Бенгалии. Хотя сам Чаитанья оставил после себя лишь  несколько стихов, его близкие последователи по его указанию составили обширные  произведения, в которых подробно изложили его учение. Во главе их стояли братья Санатана  Госвами и Рупа Госвами, которые прежде занимали министерские посты в правительстве  Наваба Хуссейна Шаха. К Рупе и Санатане впоследствие присоединились еще четверо  санньси, последователей Чаитаньи: Джива, Гопала Батта, Рагхунатха Даса и Рагхунатха Батта.  Труды этих шести госвами Вриндавана, вместе с биографией Чаитаньи, написанной на  бенгальском языке их учеником Кавираждей Госвами, являются канонизированными текстами в  Гаудия-вайшнавизме. Важные труды по теологии были написаны также Вишванатхой  Чакраварти и Баладевой Видьябхушаной, жившими в 18 веке. Перу последнего принадлежит  "Говиндабхашья", общепризнанный гаудия-вайшнавский комментарийй к "Веданта-сутре".
Уже в 19 веке Бхактивинода Тхакур(1838-1914) вынашивает планы проповеди учения Гаудия- вайшнавизма в странах запада. Он получил западное образование и стал первым из ачарьев  писавшим на английском языке. Бхактивинода Тхакур видел в учении гаудия-вайшнавов  потенциальные возможности для глобального применения. Исполняя обязанности мирового  судьи при британском магистрате в штате Орисса, он написал около 100 книг, в которых  подробно объяснил учение Чаитаньи. Бхактивинода Тхакур всеми силами старался возродить в  Гаудия-вайшнавизме дух проповеди, надеясь, что в один прекрасный день это учение выйдет за  пределы Индии. Эти усилия были продолжены его сыном Бхактисиддхантой Сарасвати(1874- 1937), который создал миссионерскую организацию "Гаудия Матха", насчитывающюю более 60  храмов по всей Индии.В 30-е годы нашего столетия он посылал проповедников-санньяси в  Лондон и Берлин, однако там они не добились ощутимых успехов. Лишь позже одному из его  учеников удалось оправдать ожидания Бхактивоноды Тхакура. Им был А.Ч.Бхактиведанта  Свами Прабхупада, основатель ИСККОН.
В своем стремлении принести движение Чаитаньи на запад, Прабхупада очень многое  позаимствовал у своих предшественников. По образцу "Гаудия Матхи" была создана  организационная структура ИСККОН, и, подобно Бхактисиддханте, он в своей проповеди  главным образом опирался на распространение книг. В своих произведениях Прабхупада  старался раскрыть и передать западному читателю все богатство философского и духовного  наследия Гаудия-вайшнавизма. В основу его комментариев к "Бхагавад Гите" легли труды  Баладевы Видьябхушаны, а комментарии к "Шримад Бхагаватам" были составлены им на  материале комментариев Санатаны Госвами, Дживы Госвами, Вишванатхи Чакраварти и  Баладевы Видьябхушаны.
В учении Чаитаньи, которое Прабхупада унаследовал от своих предшественников и принес на  запад, особое внимание всегда уделялось повторению святых имен Бога (особенно в виде  мантры "Харе Кришна"), как единственному действенному методу достижения освобождения в  этот век. Тем не менее большое значение всегда придавалось также и практике арчаны. Шесть  Госвами Вриндавана, помимо проповеди и литературной деятельности, руководили постройкой  храмов, устанавливали там Божества и устраивали для них пышное поклонение. В свое время  Бхактисиддханта делал то же самое. Когда Прабхупада только начинал проповедовать  сознание Кришны в Америке, его последователи просто повторяли мантру Харе Кришна, однако  позже, посчитав, что благодаря повторению мантры его ученики уже в достаточной степени  духовно очистились, он ввел в практику процесс арчаны. В марте 1967 года, спустя примерно  год после того, как у Прабхупады появились первые преданные ему ученики, он устанавливает в  Сан Франциско Божества Джаганнатхи, Баладевы и Субхадры. Церемония установления  Божеств была предельно простой, как и введенный им порядок поклонения. Но по мере того,  как ученики приобретали необходимые навыки, Прабхупада постепенно поднимал стандарты  арчаны и уже в июне 1969 года в Лос-Анжелисе были установлены первые в ИСККОН  Божества Радхи и Кришны.
В наши дни поклонение Божествам проводится во всех храмах ИСККОН, и это упорядочивает  и регулирует жизнь преданных. В большинстве храмов на алтаре находятся три вида Божеств:  Гаура-Нитай, Радха-Кришна и Джаганнатха-Баладева-Субхадра. Первые представляют собой  Божества Чаитаньи (которого также называют Гаурангой или Гаурахари) и Его ближайшего  спутника Нитьянанды; Радха-Кришна -- это основные Божества гаудия-вайшнавов; кроме того  преданные поклоняются Божествам Джаганнатжи, поскольку Чаитанья ежедневно поклонялся им  в храме Джаганнатхи в Пури, где он провел последние 18 лет своей жизни. В некоторых храмах  преданные также поклоняются шалаграма-шиле. Прцедуры храмового поклонения в ИСККОН  отвечают стандартам, установленным для Гаудия Матхи Бхактисиддхантой Сарасвати и  закрепленным в руководстве под названием "Арчана-паддхати", которое в свою очередь  опирается на "Хари-бхакти-виласу" Санатаны Госвами.
В этой статье я хотел бы как можно яснее показать, что значит для преданного, подобного мне,  поклонение и служение форме Господа в храме. Каждый, кто желает проникнуть глубоко в суть  этого духовного образа жизни и понять его, должен принимать во внимание как философскую  (теологическую), так и практическую стороны арчаны. Другими словами, даршан Божетсв  должен рассматриваться двояко: как философия, подводящая логическую основу под процесс  поклонения и объясняющяя его, и как конкретный акт общения с Божеством. Эти две  разновидности даршана тесно взаимосвяаны и весьма любопытным образом взаимодействуют  друг с другом.
Буквально слово "даршана" означает "созерцание", однако созерцающего Божество преданного  не следует считать обычным зевакой. По определению Дианы Экк, даршан -- это лицезрение  Божественного, "способность воистину увидеть божественный образ". В то же время слово  "даршан" указывает на философию или теологию, и, как объясняет Шриваса Госвами, под этим  подразумевается не некая абстрактная система познания, я "то, что позволяет видеть". Это же  имел ввиду и Прабхупада, когда говорил, что преданный смотрит на мир через призму  священных писаний("шастра-чакшус"), или глазами, открытыми трансцендентным  знанием("пашьянти гьяна-чакшуша").
Я, как и те, кто подобно мне поклоняется Божествам, твердо убежден, что Бог может  проявиться в конкретной, доступной для восприятия форме. Чтобы обрести подобную  уверенность, пришлось преодолеть в себе определенные предрассудки, касающиеся природы  Бога, доставшиеся нам в наследство от иудео-христианской традиции. Эти предрассудки мешают  большинству людей на западе по достоинству оценить поклонение Божествам. Несомненно, в  "Старом Завете" идолопоклонство подвергалось строгому осуждению, что должно было  удержать последователей Яхве от поклонения "Баалам и Истхарам" -- идолам соседних племен,  однако не это сыграло решающюю роль в формировании представлений о Боге в классическом  иудео-христианстве. Здесь основное влияние оказали толкования поздних теософов, уходящие  корнями в метафизику греческой философской школы с ее презрением ко всему конкретному и  осязяемому. В результате этого сложилось представление, что сама природа Бога делает  невозможным его изображение.
В философии Аристотеля и Платона неизменному и нетленному (т.е. божественному)  отводится место в сфере сознания. В представлении Аристотеля, Бог -- это беспримесный  разум, независимо существующий бестелесный интеллект. В свою очередь Платон полагал, что  Всевышний является абстрактной эмпирической сущностью, или, другими словами, объектом  познания -- неким вселенским принципом. Подобного рода тенденция рассматривать духовные  категории с позиций некоего"разума" впоследствии нашла свое продолжение и в западной  теософии. Примером этому может послужить выступление Вилльяма Джеймса на съезде  протестантов-унитан, где он изложил свои взгляды на "основные составляющие" понятия о  Боге. В его представлении, Бог должен рассматриваться как "персонификация разума". Хотя  Джеймс решительно отстаивал свое определение, он не посчитал нужным хоть как-то  объяснить, что он понимал под "разумом". Судя по всему, Джеймс не видел в этом особой  нужды.
Вместе с тем, некоторым западным теологам и вовсе претила мысль об использовании каких- либо утверждающих определений в отношении Бога. Филон Александрийский, философ иудео- эллинистической школы, в отличие от Платона, считавшего божественное доступным для  познания, утверждал, к примеру, что Бог настолько от всего отличен, что не может иметь иметь  имени, не может быть описан или понят. Фома Аквинский в свою очередь писал, что "мы не в  силах познать что есть Бог, но только то, что он не есть". Подобный подход к  трансцендентному и божественному подразумевает отказ от "утверждающей теологии" в пользу  "отрицающей теологии". В этом случае даже утверждающие описания содержат всего лишь  совокупности отвлеченных понятий, таких, как "благой", "мудрый", "справедливый",  "всемогущий" и т.п. (Фома Аквинский, например, уверяет, что чем абстрактнее имена,...тем  более они уместны в отношении Бога). Кроме того смысл даже этих абстракций зачастую  полностью искажается. Их принимают за красивые метафоры и считают не качествами самого  Бога, а производными от него.
Человек, воспитанный в духе этой традиции вероятнее всего будет считать изваяние Господа в  вайшнавском храме -- имеющее сходное с человеческим обличие, да к тому же изысканно  одетое, украшенное драгоценностями и гирляндами -- не более чем продуктом неразвитого  интеллекта, этаким объектом поклонения для тех, чьи представления о Боге по непонятным  причинам изрядно запоздали в своем развитии, или же для тех, кому и вовсе нету дела до  божественного и трансцендентного. К примеру, Вилльям Крук в своей статье "Обычай  идолопоклонства" в энциклопедии Гастинга пишет, что в Индии христианство и ислам "принесли  неоценимое благо , дав индусам более чистую концепцию Бога". Далее он цитирует А.К. Лаэла:  " В сущности, идолопоклонство представляет собой ничто иное, как ярко выраженный  народный символизм. Оно зародилось еще в те времена, когда незнающий  письменности человек решил воплотить в дереве и камне свое грубое и неразвитое  представление о Боге. Подобное самовыражение с использованием разного  рода предметов находит свое продолжение и в высокоразвитых обществах, пока в  конце концов выражаемая идея не становится слишком тонкой и возвышенной и  может быть выражена исключительно на письме или в речи."  Еще одно препятствие для правильного понимания арчаны исходит из самой Индии.  Практически все индийцы, когда-либо выступавшие на западе в защиту поклонения Божествам,  являлись последователями адвайта-веданты. Их представления по сути дела мало чем отличались  от представлений христианских философов-критиков о том, что люди, поклоняющиеся  божественному образу не отличаются особой духовностью и теологическим пониманием,  поскольку само Божество, на их взгляд, является маей и поклоняющиеся ему пребывают в  иллюзии. Как следует из учения Шанкарачарьи, Брахман познается как "ниргуна", т.е.  лишенный имени, формы, качеств и отношений, и человек, познающий Брахман в конце концов  осознает свою полную тождественность Ему. Однако, для невежественных людей Брахман  предстает как "сагуна" -- как Божественная Личность, Творец, который отличен от  поклоняющегося. Далее Шанкарачарья отмечает, что такие категории, как "преданный", "объект  преданности" и т.п. являются атрибутами именно невежественного поклонения. Следовательно,  человек, идущий духовным путем должен в итоге понять, что для осознания Бога ему следует  поставить во главу угла "отрицающюю теологию", ибо Бога немыслимо выразить словами, а тем  паче изобразить. Но несмотря на все это, последователи Шанкарачарьи весьма одобрительно  относятся к поклонению Божествам, считая его своего рода шагом вперед, ведь, в конце концов,  "все пути ведут к одному"(точнее, к адвайта-веданте). На самом деле, если принять эту точку  зрения, то окажется, что и Бог вайшнавов, которого изображают в виде Божества, и более  абстрактный христианский Бог, выражаемый исключительно в словах, в равной степени являются  плодом воображения и нет нужды сравнивать их между собой, ведь и в том и в другом случае  мы имеем дело с символами и материальными способами передачи того, что находится вне  юрисдикции мысли и речи.
В действительности, те защитники поклонения Божествам, которые приписывают арча-мурти  символическое значение, выставляют существующюю теорию и практику арчаны в ложном свете,  что подтверждают христианские борцы с язычеством. Преподобный В.Уард, баптистский  миссионер, живший в Серампуре, отдает должное такой трактовке как "лучшему оправданию  идолопоклонства", но в то же время отмечает следующее: "Индус приучен думать, что Божество является самим Богом. Тот же, кто  осмеливается предположить, что Божество -- это не что иное, как совокупность  материалов, из которых оно сделано, подвергается суровому осуждению. По  словам Тунтрусару, такому безбожнику уготованы адские муки. Таким образом  в представлении обычного люда идолы божественны; они занимают место, которое  по праву принадлежит одному Богу, и им служат, возносят хвалу, выражают  благоговение, что следовало бы делать лишь в отношении Бога, как этого он сам  требует от нас. Тем самым игнорируется авторитет Бога и попирается добродетель  проистекающая из знания о Его величии и власти над сотворенным им разумным  существом."
О том же свидетельствует и Дж.Н. Фаргюхар, который цитирует одного индийского  реформатора-иконоборца: "Как бы ни уверяли нас защитники идолопоклонства в том, что  поклонение материальным предметам представляет собой лишь способ сосредоточения  помыслов на Едином Истинном Духовном Боге, упрямый факт остается  фактом: идолопоклонники действительно верят в то, что некоторые из идолов  являются воплощениями Бога, называемыми "арчаватарами" (воплощениями,  предназначенными для поклонения), а не просто символами..."
Представления вайшнавов о Боге действительно отличаются точность и недвусмысленностью  (потому-то и существует возможность его изобразить). Что же касается различных обвинений,  то я хотел бы отметить , что в гаудия-вайшнавской традиции эти представления имеют  теологическую основу, исключающюю какую бы то ни было сентиментальность и выводящюю  нас за рамки "отрицающих теологий" христианского и адвайтистского толка в мир  трансцендентного.
Для начала я приведу несколько стихов их "Брахмасамхиты"(5.29-33), чтобы дать возможность  яснее представить ту концепцию, о которой идет речь:  "Я поклоняюсь Говинде, предвечному Господу, источнику всего сущего. Он пасет  коров, исполняющих все желания, в обители , созданной из духовных самоцветов, где  всюду растут деревья желаний (калпа - врикши) и где тысячи лакшми  (или гопи) служат Ему с любовью и благоговением.  Я поклоняюсь Говинде, предвечному Господу, виртуозно играющему на флейте. Его  глаза прекрасны точно распустившиеся лепестки лотоса, в Его волосах павлинье перо, а  прелесть Его тела цвета грозовой тучи пленяет сонмы Купидонов.  Я поклоняюсь Говинде, предвечному Господу, на чьей груди  покачивается цветочная гирлянда и сияет прекрасное ожерелье с лунным  камнем. Его руки украшают флейта и драгоценные каменья. Он непрестанно  наслаждается любовными играми, а Его великолепная, трижды  изогнутая форма Шьямасундары вечна и нетленна.  Я поклоняюсь Говинде, предвечному Господу, чья трансцендентная,  ослепительно прекрасная форма исполнена блаженства, знания и вечности.  Каждая из частей Его трансцендентного тела наделена возможностями всех  других частей. Он -- свидетель , хранитель и источник существования мирриад  духовных и материальных вселенных.  Я поклоняюсь Говинде, предвечному Господу, который доступен для чистых  преданных и остается непостижимой загадкой для штудирующих Веды.  Он лишен двойственности и непогрешим. Его форма бесконечна, и хотя Он  Пуруша, изначальная причина всех причин, Он вечно остается цветущим  юшошей."
В этих шлоках Бог предстает в конкретном, наделенном разнообразными чертами облике. Он --  личность, обладающая телом определенного оттенка, Он стоит в характерной для Него позе, на  Нем особые украшения. Он находится в поражающей своим изобилием духовной обители. Все  это свидетельствует о том, что Бог, вне всяких сомнений, обладает именем, формой, качествами,  что Он вступает в различные отношения и что Он разносторонне деятелен. Кроме того, все эти  черты Его личности "трансцендентны", т.е. по своей природе весьма отличны от имен, форм,  качеств, отношений и деятельности, существующих в материальном мире.
Хотя личность Бога исполнена многообразия, в этом многообразии нет места двойственности.  Духовная форма Бога имеет природу абсолютного единства. В отличие от обусловленных душ,  для Кришны не существует разницы между душой и телом, между частями тела и их  обладателем, между атрибутами и их владельцем. К тому же, каждая часть тела Бога наделена  функциями всего целого. По словам Бхактисиддханты Сарасвати, тело Кришны -- это  "концентрированный" Брахман.
Приверженцам столь детализированного описания Бога конечно же приходится выслушивать со  стороны своих оппонентов как на западе, так и на востоке, упреки в том, что они, дескать,  привносят свои мирские представления в сферу духовного. В ответ на это, мы со всей  решимостью заявляем, что наши представления о теле Кришны -- не результат  антропоморфизма. Напротив, человеческое тело является "теоморфным" -- созданным по образу  и подобию истинной формы Бога. Однако, достаточно одного лишь упоминания о "духовной  форме", чтобы породить реакцию непонимания среди наших оппонентов, которые никак не могут  взять в толк, как можно сравнивать столь разные, казалось бы, понятия. Они привыкли думать,  что дух представляет собой что-то абстрактное, прямо противоположное конкретному и  определенному -- нечто запредельное и не имеющее ничего общего с телом и чувствами.
Духовный поиск через отрицание является , на мой взгляд, характерной чертой одной из стадий  или промежутка в развитии религии в обществе, и в разных ипостасях эта черта присутствует  во всех основных религиозных традициях. На этой стадии выделяются как бы две сферы: сфера  субъекта(т.е. человека, занятого духовными поисками) и сфера объекта(т.е. цели духовных  поисков -- божественного). Сферу субъекта характеризуют аскетизм и умершвление плоти, а  для сферы объекта характерно осмысление божественного путем постепенного абстрагирования  или отрицания (виа негатива). Эта стадия отрицания представляет собой реакцию на  материализм, потест против такого образа жизни, при котором основное внимание уделяется  погоне за (преходящим) счастьем в виде чувственных удовольствий. Сфере субъекта  материализма зачастую присуще полное отрицание чего бы то ни было божественного. Но в то  же время существуют так называемые материалистические религии, в которых объектом  поклонения служат деваты -- полубоги или подобные им существа, и поклонение или  жертвоприношения им совершаются ради достижения каких-либо мирских целей. В Древней  Греции стадия отрицания в развитии религии началась, когда Ксеофан подверг острой критике  эллинистическую традицию поклонения различным человекоподобным богам. Ранние христиане  также выступали с критикой в адрес политеизма и идолопоклонства, положительно отзываясь об  "отрицающей теологии" древнегреческих мыслителей ( в особенности Платона), которая  рассматривалась как вдохновение свыше.
Принимая во внимание вышеописанную парадигму характерных стадий развития религии, следует  отметить сходство позиций христиан и последователей адвайта-веданты, отвергающих  вайшнавское поклонение Божествам. Это сходство проявляется в том, что суждения и тех и  других, с присущими им особенностями, весьма характерны для стадии отрицания. На этой  стадии изображение Бога в конкретной форме рассматривается как принадлежность  предыдущего, уже пройденного этапа. Однако, такая оценка вайшнавских представлений о Боге  в корне неверна, поскольку в действительности эти представления относятся к третьей, или  высшей стадии развития религии.
В своих книгах и лекциях Прабхупада неоднократно подвергал критике первые две стадии ,  которые наиболее выраженно представленны в Индии. К первой стадии относятся карми,  которые стремятся обрести материальное благополучие с помощью ведических жертвоприношений  или поклонения разного рода деватам. Вторую стадию представляют гьяни или маявади, которые  ищут освобождения, следуя философским доктринам адвайта-веданты. Между тем, критика  Прабхупады лишь на первый взгляд была направлена на конкретные исторические традиции. В  действительности же, объектом его критики было свойственное многим отношение к духовному,  лежащее в основе подобных исторических образований. Один из первых учеников Прабхупады  делится своими воспоминаниями по этому поводу: "В своих первых лекциях в Нью Йорке в 1966 году, Прабхупада очень  часто критиковал имперсоналистов-маявади, и не понимая, кого он имел ввиду, мы  с другом шутили по этому поводу: "Маявади?! Когда ты в последний раз встречал  маявади?" Никто из нас ума не мог приложить, к чему он об этом говорил.  Маявади, как мы их себе представляли, были какой-то группкой индийских  философов, с которыми Прабхупада, судя по всему, вел войну на почве  теологии. Но на самом деле мы и были теми самыми маявади."
Иногда могло показаться, что Прабхупада вступал в ненужную полемику или пытался найти  оправдание своим убеждениям. Однако, в действительности, его слова были призваны излечить  человека от заблуждений. Он был обязан помочь нам, своим ученикам, еще только вступающим  на путь, ведущий к чистому бхакти, преданному служению, преодолеть два препятствия на этом  духовном пути: жажду материальных наслаждений и желание обрести освобождение с помощью  умозрительных рассуждений. Ведь еще Рупа Госвами определял чистое бхакти как благосклонное  преданное служение, незапятнанное кармой и гьяной. Иначе говоря, невозможно достичь высшей  стадии развития религии, не избавившись в полной мере от приверженности к двум предыдущим  стадиям.
В бхакти нет места для привязанности чувств к материальным объектам, столь характерной для  первой стадии (кармы), равно как и для полного игнорирования чувств и умершвления плоти,  свойственных второй стадии (гьяне). В отличие от этого, чувства в процессе бхакти  направляются на духовные объекты, в частности на има Бога, Его форму, качества и деяния.  Маявади возразят, что имя, форма и тому подобное присущи материи, но не духу, и что не  следует путать материальное с трансцендентным. За этими возражениями кроется представление  о том, что если бы у Бога действительно были имя, форма, качества и т.д., то они неизбежно  были бы материальны. Однако, логически неверно делать вывод, что все имена материальны, все  формы материальны, все индивидуальные качества материальны и т.д. и т.п. Сами по себе  подобные заявления являются следствием приложения мирских представлений об именах формах  и качествах к сфере трансцендентного. В Индии вайшнава-бхакти испокон веков находилась в  непримиримой оппозиции по отношению к гьяне, которую исповедуют маявади, и, оставаясь  верным этой традиции, я хотел бы привести несколько доводов в противовес всеотрицающей  теологие адвайта-веданты .
Итак, цель гьяны -- это познание Абсолюта путем отсеивания всего относительного. Однако,  нелишне заметить, что подобное отсеивание имеет свои пределы и само по себе неполноценно. К  примеру, если допустить, что "форма" -- понятие материальное, то тогда тогда Абсолют следует  характеризовать как "бесформенный". Так как само определение требует, чтобы в нем  присутствовало слово "форма", и, если понятие "форма" материально и относительно, то на тех  же основаниях можно считать материальным и понятие "бесформенный". Следовательно, если к  проблеме определения Абсолюта подходить только с позиций отсеивания, то результатом этого  будет лишь некая относительная, материальная концепция.
Таким образом, нельзя во всем опираться лишь на отрицание. Как я уже отмечал, попытки  постичь Бога проходят 3 стадии: карму, гьяну и бхакти. Любопытно, что эти стадии вместе  образуют систему наподобие диалектической системы тезиса, антитезы и синтеза. Метод  отрицания представляет собой не заключительный, а лишь промежуточный этап в этой системе  и поэтому он не ставит последней точки в процессе познания. В конце концов понятие "форма" и  противоположное понятие "бесформенный" приходят к конечному синтезу и образуют  противоречивое с материальной точки зрение сочетание формы и бесформенности. В наши дни,  со страниц книг философов-имперсоналистов довольно часто раздаются призывы выйти за  пределы философии отрицания. Но, как правило, за этим стоит желание полностью исключить  роль ума и интеллекта в процессе произвольного, подсознательного "акта" познания. Не стоит,  однако, считать сочетание понятий "форма" и "бесформенный" непостижимой игрой слов,  лишенной всякого смысла. Прежде всего, для большей ясности, давайте определим понятие  "форма" как "материальная форма". Тогда отрицание формы, т.е. понятие "бесформенный" будет  означать "отсутствие материальной формы". Теперь совсем нетрудно понять конечный синтез  "формы" и "бесформенности" и то утверждение, которое кроется за отрицанием в понятии  "духовная форма". Понятие "духовная форма" заключает в себе единство понятий "форма" и  "бесформенный": наличие формы и, одновременно с этим, отсутствие (материальной) формы.
Тот подход, который я применил в отношении объекта, может быть использован и  применительно к субъекту. Любая работа, совершаемая действующими и познающими чувствами,  может быть названа кармой, но чаще это слово используется для обозначения деятельности,  которая порождает привязанность субъекта к материальному миру (см. Бхагавад Гита 8.3.).  Продиктованная материальными желаниями деятельность является характерной чертой стадии  кармы. В свою очередь, на стадии гьяны субъект стремится полностью прекратить всякую  деятельность. Так, Шанкарачарья пишет в своем комментарии к Бхагавад Гите, что "авидья и  карма (невежество и желание) являются корнем любой деятельности" и далее: "Когда человек научится воспринимать этот двойственный мир просто как  иллюзию, как сон, когда он постигнет свое Я, то тогда его долгом будет не  деятельность, но отречение от всякой деятельности... Когда человек осознал свое Я,  тогда ни органы восприятия, ни воспринимаемые ими объекты более не  будоражат его сознание"  Бхакти позволяет преодолеть подобную двойственность действия и бездействия. Что касается  чувственного восприятия, то в бхакти оно не отвергается и не становится поводом для  наслаждения. По словам Рупы Госвами, который в свою очередь цитирует "Нарада- панчаратру" (хришикена хришикеша-севанам бхактир учьяте), бхакти означает служение  Господину чувств (Богу) посредством самих чувств. Если чувства используются исключительно  в служении Богу, то такая деятельность, как подтверждается в Бхагавад Гите, одновременно  будет являться бездействием. Другими словами, преданное служение складывается из действий,  которые не являются кармой. Их порождает не кама, которая представляет собой желание  услаждать свои чувства, а према -- бескорыстное желание доставить удовольствие  трансцендентным чувствам Кришны.
Итак, все вышесказанное имело своей целью показать, что духовная природа Бога нисколько не  препятствует тому, чтобы Он стал трансцендентным объектом для чувств, и что духовная жизнь  не требует от нас подавления чувств. Далее я раскажу, каким образом в Гаудия-вайшнавизме  рассматривается недвойственная природа Бога и Его отношения с миром.
Недвойственность для гаудия-вайшнава вовcе не указывает на отсутствие разнообразия.  Абсолютное единство заключает в себе и многообразие, что тем самым выводит его за рамки  двойственности единства и многообразия, или единственного и множественного. Единство,  отрицающее многообразие, является материальным единством. Такой принцип духовного  единства распространяется и на отношение между Богом и миром. Факт существования  реального мира вовсе не подразумевает существование чего-либо отличного от Бога, что  ограничивало бы Его безграничность. Бог всегда остается "адвая", единым, вне всякой  двойственности, поскольку он вмещает в себя весь мир, одновременно оставаясь в стороне от  него. "Все живые существа пребывают во мне,"-- говорит Кришна в Бхагавад Гите(9.4),--"Но  я -- не в них" (мам стхани сарва-бхутани на чахам тешвавастхитах). Это утверждение в Гаудия- вайшнавизме объясняет философия ачинтья-бхедабхеда-таттвы, в основу которой положен  принцип одновременного единства и различия. Этот принцип утверждает, что не существует  ничего, что бы было отлично от Кришны, в то время как Кришна отличен от всего. "В каком- то смысле, ничто не отлично от Кришны, но, между тем, ничто не является Кришной, кроме  Него Самого." Весь наблюдаемый мир, состоящий из духа и материи -- "пара пракрити" и  "апара пракрити", выражаясь языком Бхагавад Гиты(7.5) -- в каком-то смысле является  Кришной, поскольку состоит из Его энергии.
Эти три утверждения, а именно то, что в сфере трансцендентного есть место многообразию  форм имен и качеств, что существует абсолютное единство, которое включает в себя и  многообразие, и что существует духовная деятельность чувств -- формируют теологическую  почву для поклонения Богу в форме Божества в храме.
Во-первых, если Бог является трансцендентной личностью, обладающей формой, качествами и  цветом тела, а также множеством других характерных черт, то тогда вполне возможно правдиво  изобразить Его. Ничем не обоснованные заявления о том, что детализированное изображение  Бога является плодом воображения или следствием материальных представлений,  свидетельствуют об элементарном заблуждении. Создать изображение Бога конечно же можно  и оно БУДЕТ соответствовать дей
спонсоры раздела

Оцените статью:

  Рейтинг: 0,00 - 0 голосов

Поделитесь новостью с друзьями:

Подписаться на новости и статьи сайта
Похожие статьи
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Введите ваш комментарий:
Ваше имя:
Ваша почта:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Внимание, перед отправкой своего
сообщения ознакомьтесь:
- с положением об ответственности
за оставленный комментарий/отзыв
- с правилами пользования sitename.ru