В сентябре 1967 г. Доктор Джон Генри Альтшуллер работал патологом в Медицинском центре Rose в Денвере, Колорадо. Он слышал о наблюдениях НЛО в окрестностях долины Сан Льюис. Итак, однажды, из-за любознательности, он остался на ночь в Больших Песчаных Дюнах Национального Монументального парка в надежде что-нибудь заметить.
Около 2-3 часов ночи, я увидел три очень ярких, белых огненных пятна, совместно медленно движущихся ниже вершины горы Сэнгри де Кристо. Я знал, что в этих горных массивах нет дорог , поэтому огни не могли быть огнями автомобиля. Они определенно не были иллюзией движения звезд. Эти огни находились ниже вершин горной цепи и двигались медленно и равномерно. В одно мгновение я подумал, что они движутся по направлению ко мне, так как огни становились больше. Затем вдруг они стремительно взмыли вверх и исчезли.
В парке Альтшуллер был задержан полицейскими, которые, узнав, что он медицинский патолог, попросили его осмотреть странно искалеченных лошадей, найденных неподалеку десятью днями раньше. Оказав помощь в расследовании с лошадьми, он покинул полицейских в состоянии большой обеспокоенности.
Я просил каждого не открывать моего имени и откуда я. Я был необычайно испуган. Я не мог есть. Я не мог спать. Я так боялся быть обнаруженным, дискредитированным, уволенным, потерять доверие в медицинских кругах. Мой опыт в 1967 г. так переполнял меня, что я скрывал свой случай ото всех, даже от себя. Это было делом самосохранения, попыткой обезопасить себя в профессии медика.
Из-за этого случая над доктором Альтшуллером внезапно нависла угроза общественного осуждения. Его реакция может показаться чрезвычайной. Но осмеяние и остракизм очень эффективные средства нанесения удара и каждый знает как охотно люди используют их.
Альтшуллер мысленно представлял себе надвигающееся разрушение медицинской карьеры, которой он добивался многие годы. Те же самые опасения людей, работающих в различных научных и академических кругах, могут оказать сильное влияние на публикации и изучение всех типов аномальных исследуемых данных.
Стивен Брауд, профессор философии университета в Мэриленде, указывал, как боязнь негативных ярлыков, навешиваемых обществом, воздействует на изучение психических явлений. По его наблюдениям парапсихологи стараются избегать изучения широкомасштабных психокинезов, в которых, по сообщениям, тяжелые предметы, такие как диваны и столы двигаются или левитируют. Выслушав некоторые теоретические и идеологические обоснования такой уклончивости, он добавил:
Другие, я полагаю, просто приведены в замешательство чрезвычайной природой многих сообщений о явлениях, и боятся, что интерес к ним будет оценен как некритичность, слабоумие или ненаучность. И эта боязнь небезосновательна. Исторически, как показывают факты, серьезные исследователи крупномасштабного психокинеза встречали очень плохое отношение со стороны собратьев по науке.
Людям свойственна естественная склонность высмеивать вещи, которые не соответствуют привычной системе мышления. К несчастью, единственным воздействием осмеяния является укрепление такого рода обмана. Отбивая охоту к изучению запретной темы, осмеяние ограничивает благоприятную возможность изучения этих тем. Например, массовый психокинез может быть реальностью, или абсурдом, но поскольку людей пугает его тщательное исследование, он будет оставаться сомнительным и, к стыду, неизвестным.
Другим эффектом осмеяния является то, что оно позволяет абсурдным и безответственным версиям стать объектом шумной рекламы. Всегда находятся неразборчивые в средствах люди, которые умышленно извращают правду, мечтая одурачить других или быстро разбогатеть. Таких людей не обескураживают насмешки, но они обескураживают серьезных ученых, обеспокоенных своей репутацией и преподавательским положением. Эти насмешки имеют превратный эффект, поощряя нелепые истории, в то время как серьезные исследования ими тормозятся.
В течение многих лет предмет уфологии, изучающей неопознанные летающие объекты, пользовался в обществе дурной репутацией. Если этот предмет встречается в обычной беседе, некоторые вероятно напоют музыкальную тему из телесериала "Сумеречная зона" и со смехом упомянут "Национальных Исследователь". Это поистине арена для насмешек и осмеяний.
Этим можно частично объяснить боязнь доктора Альтшуллера прослыть очевидцем НЛО. Естественно, он не хотел становиться мишенью для насмешек неинформированных людей. Но какую реакцию мог ожидать Альтшуллер от своих ученых коллег и научных исследователей, посвятивших себя объективному изучению природных феноменов? Вероятно ли, что их реакция на его историю была бы нетерпимой?
Оказывается, что роль науки в связи с НЛО удивительно запутанна. В отдельных случаях достойные уважения ученые веско доказали, что НЛО используют технологии и даже физические принципы, неизвестные науке. Не все ученые легко отделались от изучения НЛО как несущественного предмета, выходящего за рамки общепринятого. Проведены научные исследования НЛО, уфологические конференции, созванные правительством, основаны научные журналы, чтобы обеспечить форум для обсуждения уфологических данных. Но насмешки, тем не менее, играют очень значительную роль в позиции ученых по проблеме НЛО.
Между 1967 и 1969 годами, видный физик Эдвард Кондон возглавлял научное изучение НЛО под покровительством университета в Колорадо. Изучение было обеспечено правительственной субсидией в 523000 долларов и его результатом явился отчет объемом свыше 500 страниц. Как я покажу в третьей главе, этот отчет (общеизвестный как отчет Кондона) содержал веские данные, наводящие на мысль, что некоторые НЛО могут быть летательными аппаратами, являющимися вещественным доказательством неизвестных технологий. Тем не менее, Кондон заканчивает отчет, говоря, что скорее всего изучение НЛО не будет в чем либо способствовать прогрессу научных знаний.
Очень поучительно рассмотреть как это заключение было передано в научное общество. Я начну с передовицы в престижном журнале "Сайенс", написанной Хадсоном Хоуглэндом, в 1969 году, сразу после публикации отчета Кондона. Хоуглэнд был в то время почетным президентом в Вустерской Организации экспериментальной биологии, и членом Совета директоров Американской ассоциации содействия развитию науки. В своей статье Хоуглэнд сравнивает отчеты по НЛО с заявлениями спиритических медиумов , вырабытывающих эктоплазму и передвигающих предметы. Он также рассказал забавную историю о том, как он и фокусник Гарри Гудини разоблачали фиктивных медиумов. Закладывая фундамент этого объяснения, Хоуглэнд сделал следующие замечания об НЛО:
Основной трудностью, присущей любому исследованию таких феноменов как физические исследования НЛО, является то, что наука всегда неспособна подтвердить универсальные факты. Будут иметь место случаи, которые остаются необъяснимыми потому что недостачно данных, недостаточная повторяемость, из-за ложных отчетов, желания принять желаемое за действительное, из-за вводящих в заблуждение наблюдений, распространения слухов, лжи и обмана. После несметного количества данных, предполагающих такие сверхъестественные гипотезы, как существа в открытом космическом пространстве или общение с умершими, оставшиеся необъяснимыми случаи не являются оправдывающими обстоятельствами для продолжения исследований.
Необъяснимые случаи просто необъяснимы. Они никогда не могут служить фактами для какой-либо гипотезы. Наука имеет дело с тем, что правдоподоно, и исследования Кондона придают большой дополнительный вес лавине неправдоподобностей о визитах НЛО, управляемых разумными существами. Отчеты Кондона справедливо указывают, что дальнейшие исследования НЛО будут расточительны. В настоящее время мы можем полагать, что визиты НЛО из космического пространства будут забыты, точно так же, как сейчас забыты эктоплазма или общение с умершими. Мы можем предвидеть, однако, что многие верящие в эти явления сейчас, будут продолжать верить в них по собственным психологическим причинам, которые не имеет ничего общего с наукой и принципами доказуемости.
Хоуглэнд убежден, что все отчеты о неопознанных летающих объектах являются продуктом дефектных чувств, лжи или обмана. Его аргумент заключается в том, что если эти отрицательные оценки были
продемонстрированы во многих случаях, то мы можем сделать вывод, что они применимы во всех случаях. Однако, несправедливо требовать доказательств этого, так как "наука не способна подтвердить универсальные факты".
Является ли это заключение окончательным или нет, решить можно только исследовав данные о НЛО более подробно. Но тактика Хоглэнда, связывающая изучение НЛО с шутками поддельных спиритических медиумов, является совершенно умышленной стратегией осмеяния. Его утверждение о том, что верящие будут продолжать верить по психологическим причинам, исключает изучение НЛО в области науки: если вы изучаете эти вещи, то вы не ученый. Вы искренний верующий, и ваши утверждения скорее выражают иррациональную веру, чем научные гипотезы.
Эдвард Кондон также приравнивает изучение НЛО к спиритизму и психическими исследованиям, считая эту сферу псевдонаучной или лженаучной. Сразу же после завершения отчета Кондона, он сделал следующие замечания в статье под заголовком "НЛО любимые и потерянные", опубликованной в "Бюллетене ученых-атомщиков":
Летающие тарелки и астрология не только псевдонауки, имеющие среди нас много приверженцев. Они пользуются спиритуализмом, экстрасенсорным воздействием, психокинезом и многим другим...
В античные времена, будущее предсказывалось многими путями, заслуживающими одобрения, такими как исследование внутренностей жертвенных животных, наблюдение за полетом стаи птиц... Вы улыбнетесь, имея в виду , что эти взгляды никогда не имели под собой такой реальной основы, как многочисленные научные исследования, имеющие место в отчетах об НЛО. Возможно нам необходимо Национальное агентство магии для масштабных и дорогостоящих исследований всех этих вопросов, включая научное изучение НЛО. Там, где поставлено на карту развращение детских умов, я не верю в свободу прессы или свободу слова. По моему мнению, публицисты, которые публикуют, или учителя, которые учат, чему-либо псевдонаучному как установленной истине, должны, после признания их вины, быть публично отхлестаны, и навсегда отлучены от дальнейшей деятельности в сфере своей, как правило, почтенной профессии.
Конечно, Кондон был прав, говоря, что ничто не может устанавливать истину, кроме веских доказательств. Но в области науки мнения относительно того, что считать истиной, разнообразны, и ситуация, когда множество различных возможностей не могут быть свободно и открыто обсуждены, будет препятствовать научному прогрессу. Кондон видимо уверен в своей способности распознавать псевдонаучное, будучи убежденным, что это жесткое ограничение не препятствует неограниченному поиску знания.
Понимая, почему исследования НЛО отбрасываются как лженаучные в таких сильных выражениях, мы должны принимать во внимание какое впечатление феномен НЛО производит на ученых, рассматривающих их со своей теоретической платформы. Пытаясь проникнуть в суть этого, я проанализирую некоторые моменты, указанные Уильямом Марковицем в статье о НЛО, опубликованной в журнале "Сайенс" в 1967 г. и переизданной в 1980 г. в книге, озаглавленной "Вопрос внеземной жизни".
Для Марковица и многих других ученых, изначальный повод для сомнений - теоретический. Проблема в том, что во многих случаях НЛО не производят впечатления бессмысленных природных явлений. Скорее они кажутся разумно управляемыми летательными аппаратами, сделанными не человеком. Если такие летательные аппараты существуют, они должны прилетать откуда-то. Наука не может принимать что-либо эфирное, многомерное, сверхестественное; таким образом летательные аппараты представляются как твердые, трехмерные объекты. Мы не видим возможности построения ничего подобного на Земле, а другие планеты солнечной системы необитаемы. Следовательно, если НЛО - реальные летательные аппараты, тогда они должны быть визитерами с удаленных звезд. Это то, что называется внеземными гипотезами.
В своей статье, Марковиц выступает как эксперт по межзвездным космическим полетам, и обсуждает различные схемы их осуществления. Все эти схемы основаны на принципе ракеты, в которой вещество выбрасывается сзади корабля, а корабль движется вперед благодаря результирующей реакции. Он заключает, что с использованием этого метода межзвездные путешествия невозможны, и поэтому НЛО не могут быть межзвездными кораблями. Он указывает, что публикуемые отчеты по НЛО часто описывают объекты от 5 до 100 метров в диаметре, которые приземляются или поднимаются. Исходя из того, что эти объекты могут летать на базе реактивного двигателя, он сказал:
"Если для генерации импульса используется ядерная энергия, то земля будет опалена при температуре 85000 градусов Цельсия и должны быть обнаружены продукты ядерного распада, сходные с продуктами, образовавшимся при взрыве атомной бомбы". Из этого он заключает, что объекты, указанные в отчетах, не могут быть внеземными космическими кораблями, если только законы физики не являются неверными. Однако он говорит: "Я не принимаю выводов отчетов наблюдений, но и не буду пытаться объяснить их как-то иначе. Я признаю, что неопознанные объекты существуют".
Он поднимает вопрос возможности согласования отчетов по НЛО с внеземными гипотезами, приписывая "различные магические свойства внеземным существам", такие, как телепортация и антигравитация. Однако, он сразу отвергает такую возможность. Он также рассматривает "полумагические гипотезы", основанные на известных физических законах, но включающие невыполнимые условия, такие как 100% эффективность преобразования материи в энергию. Это он также отвергает.
Марковиц приходит к выводу, что внеземные гипотезы непригодны, так как практические путешествия между звездами физически невозможны. В противовес этому, на симпозиуме Американской ассоциации содействия развитию науки по НЛО в 1969 году, астроном Карл Саган предложил отдаленную возможность развития некоторых методов межзвездного путешествия. Но он считает вероятность того, что другая цивилизация в этой галактике пошлет экспедицию, которой посчастливится достигнуть Земли, исчезающе малой.
Он исходит из того, что в этой галактике есть 10 в десятой степени "интересных мест", и более чем 10 в шестой степени солнечных систем с цивилизациями, которые посылают межзвездные экспедиции. Это означает, что для наличия хорошего шанса посещения каждого интересного места в определенный период времени, в среднем на цивилизацию должны приходиться по крайней мере 100000 экспедиций. Например, если принять, что на Землю приходится в среднем один визит в столетие, то понадобится 100000 экспедиций на цивилизацию. Это в среднем 100 экспедиций каждой цивилизации в год. Учитывая большие трудности, возникающие в связи с межзвездными путешествиями, Саган заключает, что такой процент экспедиций не внушает доверия, и поэтому вряд ли НЛО являются межзвездными визитерами.
Достаточно интересно, что Саган поднимает вопрос о том, почему люди так привязаны к межзвездной гипотезе НЛО. Он спрашивает, почему люди не предполагают, что НЛО это проекция коллективного подсознания,
путешественник во времени, гость из другого измерения, или ореолы ангелов.
Как мы увидим, подобные гипотезы обсуждаются. Но для консервативных ученых все они являются в некоторой степени ненормальной категорией физических феноменов. Естественно, что лидеры научных обществ консервативны во взглядах и ограничивают обсуждение гипотезами, которые, в соответствии с принятыми физическими принципами, кажутся правдоподобными. Допущение, что люди видели летательные аппараты, построенные разумными гуманоидами, бросает вызов этим принципам, и поэтому естественно, что взгляды Хоглэнда и Кондона на НЛО притягательны для многих ученых.